Студенты против наркотиков!

Полезная информация на сайте нашей библиотеки

В студенческой среде часто циркулируют мифы о наркотиках: от идеи «легких» веществ до мнения, что они помогают творчеству или снимают стресс сессии. Чтобы развеять эти мифы и дать научно обоснованные ответы, наш педагог-психолог Ралина Маратовна Багаутдинова поговорила с врачом-психиатром, психотерапевтом Дмитрием Сергеевичем Радионовым, младшим научным сотрудником отделения лечения пограничных расстройства и психотерапии НМИЦ им. В.М. Бехтерева, член Россиского общества психиатров, член секции молодых специалистов Всемирной психиатрической ассоциации (Early career psychiatrist). Наша цель — не запугивать, а дать понимание того, как на самом деле психоактивные вещества влияют на мозг, психику и будущее молодого человека.

Ралина Маратовна (РМ): Дмитрий Родионович, давайте начнем с основ. Как именно наркотические вещества, даже так называемые «легкие», изменяют работу мозга с точки зрения медицины? Можно ли вообще говорить о «безопасном» употреблении в этом контексте?
Дмитрий Сергеевич (ДС): С точки зрения нейробиологии, все психоактивные вещества, которые люди относят к «легким», действуют по одному общему принципу: они искусственно и грубо вмешиваются в систему нейромедиаторного обмена. Чаще всего мишенью становится дофаминовая система «вознаграждения». Например, тетрагидроканнабинол (ТГК) (активное вещество каннабиса, синтетический ТГК в «спайсах») имитирует действие анандамида, нашего внутреннего нейромедиатора, нарушая естественную коммуникацию между нейронами. Вещество вызывает выброс дофамина в разы больший, чем естественные стимулы — еда, общение, успех. Мозг запоминает этот «короткий путь» к удовольствию. С каждым употреблением происходит «обучение» мозга искаженной схеме получения этого удовольствия, а также могут нарушаться когнитивные функции, особенно связанные с памятью и мотивацией. Говорить о «безопасном» употреблении в строгом медицинском смысле нельзя, потому что мы говорим о пагубном влиянии на центральную нервную деятельность. Даже без формирования физической зависимости, всегда есть риск спровоцировать психические нарушения (например, психоз у генетически предрасположенных людей), снизить качество нейронных связей и, по сути, тренировать мозг зависеть от внешней химии для регуляции состояния. Например, каннабиноиды подавляют активность префронтальной коры — зоны ответственности, планирования и самоконтроля, а стимуляторы истощают дофаминовую систему.

РМ: Если механизм запущен, как понять, где проходит грань между «пробой», регулярным употреблением и уже сформированной зависимостью? Какие первые, неочевидные для самого человека, звоночки?
ДС: С точки зрения нейробиологии, все психоактивные вещества, которые люди относят к «легким», действуют по одному общему принципу: они искусственно и грубо вмешиваются в систему нейромедиаторного обмена. Чаще всего мишенью становится дофаминовая система «вознаграждения». Например, тетрагидроканнабинол (ТГК) (активное вещество каннабиса, синтетический ТГК в «спайсах») имитирует действие анандамида, нашего внутреннего нейромедиатора, нарушая естественную коммуникацию между нейронами. Вещество вызывает выброс дофамина в разы больший, чем естественные стимулы — еда, общение, успех. Мозг запоминает этот «короткий путь» к удовольствию. С каждым употреблением происходит «обучение» мозга искаженной схеме получения этого удовольствия, а также могут нарушаться когнитивные функции, особенно связанные с памятью и мотивацией. Говорить о «безопасном» употреблении в строгом медицинском смысле нельзя, потому что мы говорим о пагубном влиянии на центральную нервную деятельность. Даже без формирования физической зависимости, всегда есть риск спровоцировать психические нарушения (например, психоз у генетически предрасположенных людей), снизить качество нейронных связей и, по сути, тренировать мозг зависеть от внешней химии для регуляции состояния. Например, каннабиноиды подавляют активность префронтальной коры — зоны ответственности, планирования и самоконтроля, а стимуляторы истощают дофаминовую систему.

РМ: Если механизм запущен, как понять, где проходит грань между «пробой», регулярным употреблением и уже сформированной зависимостью? Какие первые, неочевидные для самого человека, звоночки?
ДС: Граница размыта. Первый и самый неочевидный звоночек — изменение мотивации. Вещество начинает встраиваться в систему ценностей. Сначала «употреблю, чтобы было весело на празднике», потом «употреблю, чтобы было весело просто в компании», затем «употреблю, чтобы справиться со скукой/стрессом в одиночестве». Это переход от социального употребления к эмоциональному. Второй маркер — ритуализация: процесс покупки, подготовки, употребления становится важным, почти сакральным действом. Третий признак — сужение круга интересов: то, что раньше приносило удовольствие (хобби, спорт, книги), отходит на второй план, а главным событием недели становится возможность употребления. Человек может этого не замечать, оправдывая это «отдыхом». Формирование зависимости — это когда употребление перестает быть выбором и становится необходимостью. Если вы ловите себя на мыслях, что планируете свою неделю или настроение вокруг возможности употребления — это серьезный сигнал.

РМ: Часто говорят, что мозг молодого человека особенно уязвим. Правда ли это? Какие долгосрочные последствия для учебы — для памяти, концентрации, креативности — может иметь даже эпизодическое употребление?
ДС: Да. Мозг человека формируется примерно до 25 лет. В этот период особенно активны процессы миелинизации (создания «изоляции» у нервных волокон для быстрой передачи сигналов) и синаптогенеза (формирования связей между нейронами). Психоактивные вещества нарушают эти тонкие процессы. Даже эпизодическое употребление может сказаться на рабочей памяти (способности удерживать и обрабатывать информацию «здесь и сейчас»), что критично для обучения. Страдает концентрация внимания — оно становится неустойчивым. Что касается «креативности», здесь важен парадокс: вещества могут создавать иллюзию прорыва, необычности мыслей, но они разрушают дисциплину ума и способность к глубокой, структурированной работе, которая и лежит в основе реального творческого результата. Студент может получить единичный яркий опыт, но потеряет возможность его систематизировать и воплотить. Это путь к «творческому тупику».

РМ: Студенчество — время высоких нагрузок и стресса. Многие ищут способы «расслабиться» или «сосредоточиться». Почему наркотики — это путь в тупик в решении этих проблем?
ДС: Потому что они дают иллюзорное и краткосрочное решение за счет долгосрочного ухудшения ситуации. Употребив вещество для расслабления, вы «берёте в долг» покой у своего будущего. Мозг, получивший легкий сигнал релаксации извне, разучивается запускать собственные, естественные механизмы борьбы со стрессом (выработку эндорфинов, ГАМК). Развивается толерантность: со временем для расслабления нужно все больше вещества, а тревожность в периоды трезвости только растет. То же самое с концентрацией: стимуляторы могут временно повысить бодрость, но истощают нейромедиаторные запасы (дофамин, норадреналин), приводя к еще большей апатии, когнитивному спаду и эмоциональному выгоранию впоследствии. Это замкнутый круг: стресс - вещество - временное облегчение - усиление стресса от последствий -> новая доза. Настоящие навыки стресс-менеджмента (тайм-менеджмент, спорт, навыки релаксации (йога, практики осознанности и т.д.), психотерапия) требуют усилий, но они развивают и укрепляют вашу психику, а не разрушают ее.

РМ: Давайте затронем творческий аспект. Существует миф, особенно о психоделиках, что они «расширяют сознание» и полезны для творчества. Что вы как специалист думаете об этом?
ДС: Это опасная романтизация. Психоделики действительно могут временно нарушить фильтры восприятия, вызвать синестезию, дать ощущение «прозрения». Но ключевое слово — ощущение. Эти переживания хаотичны, неподконтрольны и часто неинтегрируемы в нормальную жизнь. Настоящее творчество — это не только полет фантазии, но на 90% труд, редактура, критическое мышление и воплощение. Психоделики парализуют критическое мышление и волю. Они могут показать причудливый сон, но не дадут инструментов, чтобы сделать из него картину, роман или научное открытие. Более того, они несут огромные риски для неустойчивой психики — от затяжного психоза до начала самостоятельного психического расстройства (шизофрения, биполярное расстройство и т.д.). История знает творцов, которые употребляли вещества, но ошибочно приписывать их достижения наркотикам. Их талант был вопреки, а не благодаря. Они были исключениями, а не правилом, и многие из них заплатили за это высокую цену.

РМ: А как меняется социальная жизнь человека? Правда ли, что круг общения сужается до «своих», а прежние увлечения и друзья отходят на второй план?
ДС: Это неизбежный процесс. Общение на основе совместного употребления — это иллюзия близость. Искренние отношения строятся на общих ценностях, увлечениях, взаимопомощи. Здесь же главный объединяющий фактор — вещество и его добыча. Постепенно старые друзья, которые не участвуют в этом, начинают казаться «скучными» или осуждающими. Человек отдаляется от них, часто сам того не замечая, объясняя это «они меня не понимают». Социальный круг сужается до «тусовки», где отношения поверхностны и полны недоверия. Уходит интерес к прежним хобби — мозг перестраивает систему мотивации, и самый простой способ получить кайф теперь связан с веществом. Это путь к глубокому одиночеству в окружении людей.

РМ: Частый аргумент — «это мой личный выбор, я никому не мешаю». Как вы ответите на это? Разве зависимость — это только личное дело?
ДС: На начальном этапе это действительно выглядит как личный выбор. Но зависимость по определению — это потеря выбора. И когда этот момент наступает, человек уже не может просто остановиться. А до этого он успевает причинить боль своим близким, которые беспокоятся и наблюдают деградацию. Он может создать опасную ситуацию (ДТП, неадекватное поведение). Он выпадает из социальной жизни, перестает быть надежным партнером, другом, студентом, сотрудником. В масштабах общества это огромные экономические и демографические потери. Но если говорить на личном уровне — это аргумент человека, который еще не осознал свою глубинную связь с миром. Мы все связаны. Наши решения, особенно разрушительные, волновым эффектом расходятся по кругу наших отношений. Зависимость — это болезнь, которая поражает и семью, и окружение. Это никогда не бывает «только личное дело».

РМ: Самый важный вопрос: что делать, если студент осознает проблему и хочет остановиться? С чего начать и куда обратиться за помощью, чтобы это было конфиденциально и профессионально?
ДС: Первое и самое главное — признать проблему. Второе — понять, что пытаться справиться в одиночку, полагаясь только на силу воли, часто проигрышная тактика. Зависимость – это заболевание, с которым можно справиться и работать нужно на всех уровнях. Начать можно с анонимных и конфиденциальных ресурсов: телефон доверия или чат психологической помощи (их предоставляют многие наркологические диспансеры и НКО). Следующий шаг — обратиться к специалистам, специализирующемуся на зависимостях. В государственных наркологических диспансерах по месту жительства можно получить бесплатную консультацию врача-психиатра-нарколога, и по закону это конфиденциально, пока не совершено правонарушение. Также в рамках поликлиник активно появляются кабинеты медико-психологического консультирования, где можно получить консультацию касательно состояния и дальнейших шагах. Для студентов часто есть возможность обратиться к психологу в самом учебном учреждении. Важно искать поддержку в группах для созависимых близких (если они вовлечены) или в группах анонимных сообществ для тех, кто столкнулся с похожей проблемой. Главное — сделать первый шаг и просить помощи, в этом нет слабости, а есть огромная сила и мужество.

РМ: И, наконец, если отставить страшилки, какой главный позитивный аргумент против первой пробы вы дадите амбициозному студенту, который ценит контроль над своей жизнью?
ДС: Самый сильный позитивный аргумент — сохранение независимости своего сознания и свободы воли. Амбициозный человек стремится к развитию, к достижениям, к реализации своего потенциала. Его главный актив — его ясный, гибкий, обучаемый мозг, способность критически мыслить, концентрироваться, выстраивать стратегии и глубоко погружаться в задачи.
Первая проба — это сознательное решение впустить в свой главный инструмент хаотичный, непредсказуемый и токсичный фактор. Это добровольная сдача контроля. Ценить контроль над жизнью — значит осознанно выбирать пути развития, которые усиливают твою волю, твои «нейронные связи», твою эмоциональную устойчивость, а не разрушают их.
Ваша жизнь, ваши амбиции и ваше будущее стоят того, чтобы быть построенными на прочном фундаменте вашего естественного, здорового и могущественного мозга.
Не отдавайте управление ими химическим веществам!